Как устроен театр «СТУДИЯ.project», рассказала его основатель Надежда Ларина

0 0

Как устроен театр «СТУДИЯ.project», рассказала его основатель Надежда Ларина

Что нужно для того, чтобы организовать независимый негосударственный театр, как добиться самоокупаемости подобного проекта и для чего осваивать актёрскую профессию вне зависимости от возраста, программе «Синемания» рассказала актриса, основатель и продюсер театра «СТУДИЯ.project» Надежда Ларина. Он является одним из самых успешных независимых театральных коллективов Москвы, чей главный принцип работы – студийность.

С: Надежда, в своё время вы обучались в МИТРО. Расскажите немного об этом.

НЛ: Я тогда пошла учиться на первый курс, который там набирала Евдокия Алексеевна Германова. Нам с ребятами повезло стать её ключевым выпуском, организовавшем впоследствии свой театр. Отмечу, что мы выпускались как поток дополнительного образования. Это здорово, потому что, по сути, это история про возможность прийти к своей мечте чуть позже, уже имея за плечами высшее образование.

С: А почему вы не пошли на заочку в традиционную пятёрку театральных вузов?

НЛ: Мне был интересен мастер. Для меня оказалось ценным попасть к такому человеку.

С: В чём, на ваш взгляд, прелесть актёрского образования на столь коротких по продолжительности курсах?

НЛ: Я бы не назвала их короткими, всё-таки мы учились два года. Это не четыре, конечно. Процесс шёл интенсивнее. Но мы понимали, дальше всё равно нужно будет что-то добирать. Поэтому после выпускного где-то год работали с педагогами. А с основанием театра всю недостачу образования исходного добрали практикой и работой с режиссёрами. На данный момент у нас отыграно уже 600 спектаклей, так что есть с чем сравнить.

С: Как появился театр «СТУДИЯ.project»?

НЛ: Мы с группой с самого начала не хотели расходиться. Вообще, ведь каждый актёрский курс после окончания учёбы грезит о совместном проекте и хочет создать свой театр. Исключением мы не стали и бросились в авантюру. Интенсивный труд и постоянное развитие позволили нам стать самым крупным театром среди независимых негосударственных.

С: Чем вы отличаетесь от обычного репертуарного театра?

НЛ: Именно своим духом и студийностью. Знаете, мы всегда приезжаем в театр заранее, сами ставим декорации, гримируемся, одеваемся. Это даёт сплочённость, которую неоднократно отмечали на международных фестивалях, в которых мы участвовали. За шесть лет мы стали семьёй.

С: Ваш театр позиционирует себя как независимый. От кого вы не зависите?

НЛ: Независимый значит, что мы находимся на самообеспечении. Вообще, мы несколько раз обращались за грантами. Но изначально заходили в позиции, что хотим перейти на самоокупаемость и привлекать спонсоров. Потому что это даёт большую свободу и возможность выбирать. Тут мне, кстати, очень помог опыт работы по первому образованию. И, могу сказать, что за шесть лет наша самоокупаемость дошла до уровня 70%. У нас нет цехов. На момент постановки спектаклей мы разово привлекаем нужные нам компании. Артисты получают ставку за выход, которая сейчас составляет две тысячи рублей. Это хорошие результаты. Мы развиваемся.

С: Кто ваша целевая аудитория?

НЛ: За те шесть лет, что существует театр «СТУДИЯ.project», мы пытались в этом разобраться и как-то её сегментировать. Но, на самом деле, аудитория совершенно разная. От спектакля к спектаклю она меняется. Мы представлены практически на всех билетных системах, но оттуда также по-разному люди идут. Поэтому в какой-то момент мы решили, что не будем ориентироваться на целевого зрителя и станем выпускать то, что хочется нам самим. Дальше стали смотреть, как менялся зритель от того, какие постановки выходили. Появились постоянные, приходили и продолжают приходить новые. Но ориентиром для нас остаётся то, что мы исходим из своих интересов.

С: Как к вам попадают актёры?

НЛ: Никак. Если нам в команду требуется человек, мы пускаем клич, и к нам как-то сам собой подтягивается тот, кто нужен.

С: Сколько зрительских мест в вашем театре?

НЛ: Мы играем на двух площадках. В Центре-музее Владимира Высоцкого полная посадка составляет 130 мест, в зале на Хитровке – почти 100.

С: Сколько стоят билеты на ваши постановки?

НЛ: От 1000 до 2700 рублей.

С: Кто реально руководит театром?

НЛ: Костяк состоит из пятерых человек. Но финальное решение принимаю я.

С: Как составляете репертуар?

НЛ: Случайным образом (смеётся – прим. автора). Когда мы только начинали и думали о том, как нам развиваться и расти, составили список перспективных режиссёров. По нему в дальнейшем и стали двигаться. Отмечу, что наши постановщики – это, в основном, молодые люди до 35 лет.

С: За счёт чего обеспечивается конкурентоспособность независимого театра от государственного?

НЛ: Мы не думаем о том, чем мы должны отличаться от государственных театров. У нас было несколько проб, когда мы осознанно выбирали репертуар, обсуждали концепцию, решали, как бы так выгодно спектакль поставить. Это всегда был провал. А вот когда мы отталкивались от того, что нам реально интересно, когда делали это с душой, качественно, с живой энергией, вот тогда получалось. Зрителю такое заходит. Отказ от логики и маркетинга при создании спектакля работают эффективнее.

С: Как убедить инвестора вложить деньги в независимый театр?

НЛ: Это возможно при условии, что ты делаешь то же самое, что ему сейчас интересно. Театр для инвестора вряд ли будет прибыльным проектом, скорее имиджевым. Так что с ним нужно попасть на одну волну. Со мной на практике складывается только так.

С: Есть ли у вас самоцензура?

НЛ: Пока мы её не включали (смеётся – прим. автора).

С: У вас в театре есть актёрские курсы. Для чего?

НЛ: Да, это школа, где преподаём мы сами и делаем это для людей, которые выбирают актёрство своим хобби. Кто хочет заниматься этим, например, после работы. То есть для ребят, которым такое интересно, но они не планируют делать это своей профессией.

С: Каждый ли человек может стать актёром?

НЛ: Каждый. Во всех нас это заложено. Просто у каждого человека это занимает своё определённое время. Я вообще считаю, что актёрская профессия – самая жизненная. Я регулярно посещаю различные тренинги – и связанные с бизнесом, и нацеленные на личностный рост, и женские с массой практик. Всё это про раскрепощение, которое формально не связано с актёрством, но те инструменты, которые там используются, абсолютно актёрские. Это всё про способность общаться.

Фото: Екатерина Тимошенко

 

Источник

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.