Александр Волочиенко о Театре Наций и центре «Вишнёвый сад», роли Гамлета и современных зрителях

0 0

Александр Волочиенко о Театре Наций и центре «Вишнёвый сад», роли Гамлета и современных зрителях

Что не так с современными зрителями, чем привлекательна роль Гамлета и какие преимущества даёт работа в двух противоположных по своей сути театрах – театральном центре «Вишнёвый сад» и Театре Наций – программе «Синемания» рассказал актёр Александр Волочиенко.

С: Александр, вы окончили Театральный институт им. Бориса Щукина. Что дал вам этот опыт?

АВ: Щука – это родная школа, которую я очень люблю. Я выпустился в 2014 году, обучался на курсе у Владимира Владимировича Иванова. Это мой мастер, наставник, ориентир и творческий идеал. Главное, что мне вообще дал институт, это выход на площадку и опыт общения на сцене, опыт общения с педагогами.

С: А помимо профессиональных вещей что дала вам Щука?

АВ: Жизнь, как бы это банально не звучало. Потому что там я встретил много интересных людей. Это не только педагоги, но и однокурсники, ставшие друзьями. Мы до сих пор поддерживаем общение, пытаемся делать какие-то коллаборации, проекты. Встречаемся периодически. У нас есть музыкальная программа, с которой стараемся выступать и что-то петь.

С: Почему вы не пошли в театр им. Вахтангова? Ведь там в своё время оказались многие выпускники вашего мастера Владимира Иванова.

АВ: Наверное нужно спросить самого Иванова и Римаса Туминаса. Я показывался. Всему нашему курсу дали такой шанс. Номера, отрывки, наблюдения – всё, что было у нас в арсенале, мы представили. Но, увы, сложилось так, что я не попал в Вахтанговский театр.

С: Тем не менее, вы оказались в театральном центре «Вишнёвый сад», которым руководит ещё один педагог Щуки Александр Вилькин.

АВ: Да!

С: Александр, что такое актёрское амплуа?

АВ: Нелюбимая мною тема (смеётся – прим. автора).

С: Почему?

АВ: Я не верю в это, и мне кажется, что актёр, если он полностью в материале и всё может разобрать, то он в принципе может сыграть всё. Не важно, какое у него амплуа. Он может сыграть всё. Просто кому-то требуется чуть больше времени, а кому-то – меньше. С кем-то нужно дольше заниматься, и наоборот. Понятно, что можно легко взять определённого актёра с необходимым амплуа, и он сделает всё с первого раза. Но я же тоже могу. Кстати, знаете, я всегда был в споре со своим мастером по этому поводу. Хотел сыграть Гамлета, но мне говорили, что я не он и мне надо почаще смотреть на себя в зеркало.

С: Насколько вообще амплуа губительно для актёра?

АВ: Мне кажется, что достаточно губительно. Потому что ты не можешь выходить за других, тебе постоянно дают одно и то же. Особенно остро в кино это проявляется.

С: Как вы вообще выбрали профессию актёра? Это мечта детства или случайность?

АВ: Скорее, мечта детства. Будучи совсем маленьким, я сначала мечтал стать адвокатом. Почему-то мне это казалось интересным. Потом хотел быть президентом, ещё поваром. А потом меня как-то вдруг затянуло.

Дело в том, что у меня вообще достаточно творческая семья. Мама закончила консерваторию по специальности «Хормейстер». У папы была своя музыкальная группа. Он музицировал, пел, сочинял. Даже как-то заменял своего педагога в школе музыкальной. Поэтому и меня позже отдали на музыку.

Мне это нравилось. А потом я и вовсе стал ходить в театры. У нас с другом в какой-то момент появилось общее желание вместе поступать в театральный. У него отец был актёром и на тот момент работал в театре Моссовета. И мы, по сути, всё детство проводили там.

С: Хотели бы сыграть Ромео?

АВ: Нет. Вот больше Гамлета или Чацкого. Это не потому, что я хочу играть геройские роли. Например, сейчас Александр Вилькин в «Вишнёвом саде» поставил «Женитьбу Бальзаминова». Мне нравится этот образ, этот спектакль. Мне нравится играть Бальзаминова. Я люблю как геройские роли, так и характерные. Вот я читаю книгу, в меня что-то попадает, и мне этого хочется. А не потому, что Высоцкий играл Гамлета, а Меньшиков – Чацкого.

С: Кого вы играете в спектакле «Стиляги» Театра Наций?

АВ: В спектакле «Стиляги», который поставил режиссёр Алексей Франдетти, я играю друга главного героя. Его зовут Боб. В потрясающем фильме Валерия Тодоровского эту роль исполнил Игорь Войнаровский.

С: Чем вообще интересен Театр Наций?

АВ: Разнообразностью своей, мощью. Тем, как и с какими режиссёрами они работают, как выстраивают процессы. Мне кажется, это очень круто, сильно и профессионально.

С: Вы играете в двух очень разных театрах. Театр Наций, наверное, ближе всего к антрепризе, потому что там набирают состав под спектакль. А вот театральный центр «Вишнёвый сад» чисто авторский. В чём для вас состоит разница в работе?

АВ: В подходе, прежде всего. Но, правда, я не очень знаю изнутри в плане работы Театр Наций, поскольку участвую только в одном его проекте. Конечно, хочу попасть в другие и ещё что-то попробовать. Но пока я знаю это на примере Лёши Франдетти, на примере Евгения Витальевича Миронова, который пришёл и помогал нам последние дни, на примере мюзикла. Потому что до этого я участвовал только в музыкальных спектаклях. Кстати, помню, Лёша приходил к вам на эфир и пытался объяснить, чем они отличаются от мюзиклов и оперетты.

У нас в «Вишнёвом саде» есть потрясающие музыкальные спектакли. Например, «Ночь перед рождеством», который поставил Михаил Цитриняк. Я там как раз Вакулу играю. Это один из тех примеров, когда мне дали главную роль. Он, конечно, характерный, комедийный, но всё-таки он кузнец, сильный герой.

С: Александр, почему некоторые актёры играют только на сцене и не снимаются в кино? Или, наоборот, есть исключительно киноактёры. Почему так происходит с вами, артистами?

АВ: Мне кажется, это какой-то случай и удача. Не могу говорить за всех. Сам я хочу играть в театре. Много, в разных. Но и сниматься тоже хочу.

С: Что вам даёт кино?

АВ: Это другая профессия. Я её не очень хорошо знаю. У меня есть небольшой опыт, поэтому я хотел бы больше познать в данном направлении. Знаете, когда я смотрю на результат, особенно, когда это мощный классный фильм, который в меня попадает, я сижу плачу, переживаю. Потому что хочу делать то же самое. Чтобы люди смотрели потом на меня на экране и испытывали схожие ощущения и эмоции.

С: Над каким фильмом плакали в последний раз?

АВ: Мой любимый фильм «Ла-ла-лэнд». Ещё «1+1». Если говорить о советских картинах, то это «Берегись автомобиля», а если о российских, то это работа Юрия Быкова «Дурак».

С: Как вы создаёте свои образы в театре?

АВ: Интересный вопрос. Я всегда по-разному подхожу к подготовке. Это бывает то от внутреннего к внешнему, то наоборот. Смотря какой образ. Я могу читать какую-то параллельную литературу. Пытаюсь задавать много вопросов режиссёру. И ещё, всё-таки, я считаю, что бог меня поцеловал в этом вопросе, и родители предали свой талант. У меня много что получается, а если не получается, то я ловлю этот момент и развиваю в себе это зерно.

С: Для чего театр нужен человеку? Ведь в последнее время люди идут туда скорее за зрелищем, а не за смыслом.

АВ: Мне кажется, это беда нашего времени. Люди перестали думать и чувствовать. Хотя, с другой стороны, то, что происходит в окружающем нас мире, провоцирует нас искать некое расслабление. В том числе, и в театре. Но интеллектуальность тем не менее падает, потому что мы переходим на уровень… Не хочу называть всё слово целиком (смеётся – прим. автора).

С: Александр, с 1 сентября в России начал действовать проект «Пушкинская карта». Благодаря ему молодые люди от 14 до 22 лет могут бесплатно посещать мероприятия по всей стране. Театральный центр «Вишнёвый сад» тоже присоединился к этой программе. Как вы считаете, действительно ли это хороший способ привлечь молодёжь в театр?

АВ: Мне кажется, это хорошая инициатива. Главное, чтобы на ней не спекулировали.

С: На какой спектакль театрального центра «Вишнёвый сад» вы бы порекомендовали сходить молодёжи?

АВ: Например, на спектакль «Эмигранты» Славомира Мрожека. Знаете, вся жизнь в этом спектакле состоит, в этой истории, в этих людях. Они бросают свои дома, отправляются на заработки ради семьи. Вообще, в принципе, это постановка о свободе. Один человек зависит от второго, а второй – от первого. И оба борются за свободу.

С: А что насчёт репертуара для детей?

АВ: У нас очень хорошие спектакли. Они потрясающие, советую всем на них идти. Это «Пеппи Длинныйчулок», «Бременские музыканты», «Волшебник изумрудного города» и «Аладдин». Материал качественный, музыкальный. Мои коллеги и партнёры играют очень хорошо.

С: Для детей играть сложнее?

АВ: Да, с ними нужно быть более правдивым.

Фото: Екатерина Тимошенко

Источник

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.